Под предлогом защиты детей в России создается механизм полноценной Интернет-цензуры в национальном масштабе. Механизм, создаваемый по китайскому образцу и на основе самых современных технологий, позволит спецслужбам решить проблему неподконтрольных пока еще социальных сетей.
11 июля Государственная дума одобрила сразу во втором и третьем чтении поправки в законы «О защите детей от информации, причиняющей вред их здоровью и развитию», «Об информации», «О связи» и Кодекс об административных правонарушениях.
Главное ноу-хау законопроекта — с 1 ноября 2012 года в России появится единый реестр сайтов и страниц, которые подлежат блокированию («Единый реестр доменных имен, указателей страниц сайтов в сети «Интернет» и сетевых адресов, позволяющих идентифицировать сайты в сети «Интернет», содержащие информацию, распространение которой в Российской Федерации запрещено»). Впервые Кремль получит в свое распоряжение технологическую возможность блокирования доступа к интернет-ресурсам в национальном масштабе.
Принципиально российские власти согласились с допустимостью таких методов интернет-цензуры еще в 2007 году, когда областные и городские прокуратуры в обеспечение решений региональных судов стали требовать от провайдеров блокировать доступ к запрещенным сайтам. Но до настоящего времени эта деятельность носила несистемный характер: сайты, блокированные в одном регионе, были вполне доступны в другом.
Реестр, составлением которого займется специальная федеральная структура, эту проблему устранит.
За образец, видимо, будет взята система блокирования счетов экстремистов Росфинмониторингом. Генпрокуратура, Минюст, Следственный комитет и МИД подают в Росфинмониторинг свои данные, а тот на их основе составляет и регулярно обновляет «Перечень организаций и физическихлиц, в отношении которых имеются сведения об их причастности к экстремистской деятельности или терроризму». Потом перечень рассылается по всем организациям, имеющим дело с денежными операциями и операциями с имуществом, кроме того, черный список также доступен для скачивания (под паролем) с сайта Росфинмониторинга. В свою очередь, в банках специалисты, ответственные за внутренний контроль, обязаны проверять, не числятся ли их клиенты в черном списке. Если да, то они должны в течение дня предоставить данные о таком клиенте и его операциях в Росфинмониторинг, и операция такого клиента может быть приостановлена.
Тот же принцип установлен для Реестра запрещенных сетевых ресурсов: в течение суток с момента включения в него сетевого адреса оператор связи обязан блокировать к нему доступ.
После «арабской весны» Кремль серьезно задумался о создании инструментов, способных предотвратить «враждебную деятельность» в Рунете. Проблема обсуждалась с лета 2011 года на уровне глав государств-членов ОДКБ, и на уровне генеральных прокуроров, и на уровне спецслужб.
Рост политического активизма в России и роль социальных сетей в мобилизации протестующих лишь усилили эту паранойю, но силовики никак не могли придумать эффективной стратегии противодействия.
В марте мы с Ириной Бороганписали, что силовики начали формулировать свою стратегию в блогосфере и социальных сетях сразу после «Арабской весны», но так и не успели ничего придумать до начала декабрьских протестов. Привыкнув противостоять традиционным угрозам, они растерялись, натолкнувшись на отсутствие единого центра организации протестной деятельности в соцсетях. Наши источники в спецслужбах тогда прямо говорили, что они беспомощны перед социальными сетями, особенно базирующимися за пределами страны Facebook и Twitter («И что нам делать, если Кавказцентр откроет свою страницу в Facebook?» — риторически спрашивали тогда силовики).
27 марта этот провал косвенно признал и первый заместитель директора ФСБ Сергей Смирнов. Выступая на заседании РАТС ШОС в Ташкенте, Смирнов заявил, ссылаясь на пример «арабской весны»: «Это новые технологии, которые используют западные спецслужбы для создания и поддержания постоянного напряжения в обществах. И цели серьезные — вплоть до свержения политического режима, который существует или существовал в этих странах… Наши выборы, особенно выборы президента РФ и предвыборная ситуация, показали, какие возможности здесь открываются с точки зрения блогосферы». Смирнов заявил, что необходимо разработать меры, которые позволили бы адекватно реагировать на применение таких технологий, прямо признав, что «они еще не выработаны».
Видимо, Реестр запрещенных сайтов относится к мерам, которые смогли разработать за прошедшие с марта месяцы.
Реестр якобы создается для защиты детей от порнографии, но с самого начала было понятно, что охрана детских интересов является не более чем предлогом. Кроме ссылок на детскую порнографию и педофилию в тексте законопроекта есть пункт, гласящий, что Реестр будет формироваться в том числе и на основании решений судов о запрете сайтов. Эти решения выносятся в настоящее время в основном в отношении радикальных сайтов и сайтов оппозиции, обвиненных в экстремизме. Этот пункт — явная попытка придать системный характер нескоординированным действиям провинциальных прокуратур с целью блокировать в своих регионах запрещенные сайты. Теперь за то, чтобы сайты в течение суток оказались недоступны на территории всей страны, будет отвечать специальная государственная структура.
Между тем, система фильтрации в национальных масштабах будет обеспечена не только ведомственной, но и технологической поддержкой.
Согласно тексту законопроекта, Реестр будет содержать не только доменные имена и сетевые адреса, но и указатели отдельных страниц. Для блокирования страниц операторам придется закупить (видимо, за свой счет) дорогостоящее оборудование, способное осуществлять DPI (deep packet inspection — углубленную проверку пакетов данных). Технологически это оборудование позволяет провайдеру разделять трафик на отдельные потоки, выделяя аудио-, видеоконтент, изображения, спам и т.п. Установив такое оборудование, провайдер сможет не только блокировать запросы на определенные адреса и с определенных адресов, но и отключать отдельные сервисы — например, полностью запретить интернет-телефонию, то есть Skype.
Кроме того, DPI позволяет решить проблему с Facebook, на которую так жаловались сотрудники российских спецслужб. Например, так, как это делает Узбекистан, спецслужбы которого обязывают местных провайдеров подменять адреса страниц дискуссионных групп в социальных сетях другими адресами, пользуясь DPI.
Однажды созданная, эта всероссийская система фильтрации интернет-трафика всегда будет под рукой, всегда готовая для использования против тех, кто вызовет опасения властей. До последнего времени главным препятствием для российских силовиков в Интернете была их технологическая отсталость: УФСБ по Санкт-Петербургу могло в лучшем случае отправить по факсу письмо создателю социальной сети Павлу Дурову стребованием закрыть протестные группы в «ВКонтакте», использовав технологию ХХ века. С появлением Реестра и неизбежным внедрением технологий DPI российские силовики окажутся сразу же в передовом отряде стран, внедряющих интернет-цензуру: оборудование DPI счастливы предложить ведущие телекоммуникционные производители мира (включая китайский Huawei, американскую компанию CISCO, канадскую Sandvine или израильскую Narus, ныне принадлежащей Boeing), и оно уже используется в Пакистане, Китае, Иране и на Ближнем Востоке. По даннымInfonetics Research, мировой рынок продуктов DPI уже составляет 470 миллионов долларов в год, и прогнозируемый рост к 2016 году — два миллиарда долларов. Государственная дума позаботилась о том, чтобы доля России на этом рынке оказалась достаточно серьезной.
[«Ведомости», 02.07.2012 «Депутатский поисковик»: Законопроект принимается слишком быстро, общество еще не успело его обсудить, возмущается сотрудник крупной интернет-компании, тем более что авторы законопроекта предлагают блокировать сайты по IP-адресам, а это спорное техническое решение. [...] Фильтровать сайты по IP-адресам оператору проще, чем по адресам страниц, согласен директор по проектам МТС Дмитрий Костров, но тогда придется отключать и те сайты, где нет нежелательного контента. Блокировка сайтов по адресам сложнее: оператору придется установить новое оборудование по всей стране, что обойдется в $50 млн, оценивает он. [...] Фильтрация повлияет на скорость загрузки страниц и может нарушить связность интернета, опасается Костров из МТС. — Врезка Компромат.ру]
[mn.ru, 10.07.2012, «В черный список сайтов можете попасть и вы»: Антон Носик, стартап-менеджер, журналист, блогер: — Составители закона находятся в состоянии тяжелейшего правового нигилизма и технического невежества. IP-адреса, которые они собираются блокировать, являются общими для десятков миллионов разных информационных потоков на коллективных хостингах. Если, например, в Facebook по IP заблокировать одну страницу, то вместе с ней окажется заблокировано неопределенное количество страниц, не имеющих к ней никакого отношения. Они немножко осатанели от вседозволенности. Кроме того, составлением списка будет заниматься некоммерческая организация. Какая-то шарашкина контора будет наделена полномочиями подкидывать правительству IP-адреса для блокировки. То есть у кого-то будет «рубильник», чтобы отрубать интернет-проекты. Об общественном контроле над работой этой организации ничего не сказано в законе. Не сказано, за что эта организация может быть лишена своего статуса. Если закон будет принят в нынешнем виде, очень скоро уполномоченная организация будет собирать платежи за то, чтобы тебя не отключили. А механизм простой — можно зайти на форум и что-нибудь написать. — Врезка Компромат.ру]
[«Ведомости», 12.07.2012, «Свобода интернета: Беззащитный рунет»: [...] лозунг «Руки прочь от рунета» здесь не поможет. Во-первых, подобные лозунги еще никого в России не спасли от вмешательства властей и нет поводов думать, что положительный прецедент создастся именно сейчас. И во-вторых, для фильтрации интернета законы не нужны. Уже сейчас, по сведениям СМИ, «Ростелеком» рассматривает возможность покупки сетевого фильтра, разработанного российским предпринимателем Игорем Ашмановым для Вьетнама. По данным Internet Watch Foundation, до 80% всех интернет-запросов во Вьетнаме фильтруются. Иными словами, даже если Дума не примет закон о тотальной фильтрации, российские интернет-провайдеры под давлением властей (представители которых часто являются еще и акционерами соответствующих компаний) смогут это делать и без всякого закона. Мало где в мире принимаются законы наподобие того, что вчера принят в России. Но это не означает, что в других странах не защищают детей. В Китае, Вьетнаме, Иране и некоторых других странах, конечно, защищают всех от всего — путем автоматизированной фильтрации на основании законов, подчиняющих все СМИ тоталитарной власти. В Европе, где базовое законодательство запрещает государству заходить слишком глубоко в интернет, часто встречается фильтрация по черным спискам, но без законов и даже без принуждения со стороны государства. Делается это общественными организациями в союзе с интернет-провайдерами. При этом блокируются только те сайты, которые содержат бесспорно одиозный контент, вроде детской порнографии. А преступников, угрожающих детям, ловят не фильтрами и черными списками, а усилиями полиции с применением обычного уголовного законодательства. Стоит ли отметить, к слову, что хранение детской порнографии в России так и не стало уголовно наказуемым преступлением? — Врезка Компромат.ру]
ЧЕТЫРЕ ПРИМЕРА ТОГО, КАК МОЖНО ОГРАНИЧИТЬ ИНТЕРНЕТ В ОТДЕЛЬНО ВЗЯТОЙ СТРАНЕ
Китай Сайты фильтруются в рамках проекта «Золотой щит» (или неофициально — «Великий китайский файрвол»). Тут есть и «черный список», и ключевые слова. Контролируется поиск Google, Yahoo и Bing. Власти КНР могут потребовать даже от крупных корпораций закрыть доступ к сайтам с содержанием, которое чиновники рассматривают, как политически некорректное. Вместе с тем компания Google сделала так, чтобы страница поиска оповещала пользователей о цензуре, если они вводят слово, поиск по которому будет блокирован в Китае. К тому же в ряде крупных городских центров введена деанонимизация пользователей — жители обязаны регистрироваться на социальных сервисах под реальными именами.
Турция В этой стране закрытие доступа к сайтам производится на основании закона, принятого в 2007 году. Основной целью закона было запретить пропаганду и распространение порнографии. В результате в Турции было закрыто несколько гей-порталов. Заодно на некоторое время был запрещен даже видеохостинг YouTube, на котором были выложены материалы, высмеивающие некоторых высокопоставленных политических деятелей.
Вьетнам Здесь издан официальный декрет об управлении информацией в сети. Запрещается выкладывать информацию подрывного характера, экономические секреты или данные, связанные с государственной безопасностью. Ресурсы несут ответственность за содержание блогов. Известны случаи, когда блогеров задерживали и предъявляли им обвинение в распространении сведений, подрывающих национальную безопасность страны. По данным независимых исследователей, во Вьетнаме блокируется до 80% сайтов с оппозиционным контентом.
Иран Возможно, самая жесткая цензура в мире. Вне закона — сексуальные и политические сайты, информация о правах женщин и блоги. Для борьбы с тлетворным влиянием западной культуры был закрыт доступ к «Википедии», Flickr, YouTube, Facebook и Twitter. Граждане могут попасть только в «национальный интернет», так называемую «халяльную» сеть.
[Slon.Ru, 10.07.2012, «Елена Мизулина: «Википедия — прикрытие педофильского лобби»: Slon предложил прокомментировать закон о «черных списках» интернет-сайтов автору законопроекта Елене Мизулиной [...] — [...] почему, как вы думаете, Wikipedia и Livejournal так жестко выступили против? — Вы знаете, мне не очень хотелось бы высказывать такое предположение, но у меня большой опыт парламентской деятельности, я уже продвигала законы по борьбе с торговлей женщинами и детьми в целях сексуальной эксплуатации… я знаю, с каким сопротивлением сталкиваюсь. Потом, известный антипедофильский законопроект, определение детского порно и так далее… Информационный закон в этой же части подвергся очень резкой критике. Я лично считаю, что «Википедия» — это прикрытие, как у террористов. Они всегда, как живым щитом, прикрываются детьми либо женщинами. Это — прикрытие, поскольку самой «Википедии» вряд ли что грозит. Я пользуюсь «Википедией». Причем, обратите внимание, только русскоязычная версия закрыта. Поэтому это попытка шантажа российских парламентариев. За ними стоит лобби, и очень велики подозрения, что это педофильское лобби. И я скажу вам, поскольку я очень много программ по борьбе с торговлей женщинами и детьми реализовывала вместе с министерством юстиции, с коллегами из ФБР, и многие законопроекты мы вместе с ними обсуждали, обменивались опытом, я знаю, как у них это организовано. Я обязательно пошлю запрос от имени комитета относительно того, как они расценивают такого рода поведение «Википедии», за которой стоят, в том числе, американские интернет-ресурсы (это ведь не наш ресурс). А повлиять, кстати, мы можем только включив реестр, ничего другого мы сделать не можем, если они не будут считаться с нашими правилами. [...] — Если условный педофил берет и открывает свой сайт не в зоне .ru , а в зоне .com, у иностранного провайдера, на иностранном хостинге, я, из России, увижу этот сайт, внесенный в реестр? — Там ведь какая ситуация — если страница или сайт попадают в этот реестр, то блокирует уже не Минкомсвязи, блокирует уже оператор связи, который имеет лицензию, они обязаны убирать всю опасную информацию. Они, чтобы сохранить лицензию, подписывают соглашение, где обязуются это контролировать. Естественно, может оказаться невозможным, если операторы связи зарубежные, но это — другой момент, как они технически будут это делать — закон не вторгается. — Врезка Компромат.ру]