В последнем рейтинге эффективности губернаторов от Фонда развития гражданского общества, в котором впервые был учтен фактор аффилированности глав регионов с коммерческими структурами, глава Челябинской области Борис Дубровский оказался одним из двадцати чиновников, признанных лоббистами крупных компаний, и потерял из-за этого пять строчек в рейтинге. О том, что бывший гендиректор Магнитогорского металлургического комбината (ММК) Борис Дубровский, мягко говоря, не оставляет без внимания интересы близких к нему фирм, хорошо заметно на примере ситуации, сложившейся в сфере дорожного строительства. В этом году, согласно распоряжению губернатора, в Челябинской области было образовано министерство дорожного хозяйства и транспорта. Его возглавил экс-замминистра Алексей Гущин, ранее представлявший Магнитогорск в заксобрании. И вряд ли можно считать случайностью тот факт, что конкурсы, проводимые новым министерством, выигрывают компании, напрямую принадлежащие ММК и связанные с Гущиным. Так, например, в этом году 23 контракта на общую сумму 5,4 млрд руб. заключило ЗАО "Южуралавтобан", стопроцентная дочка ОАО «ММК», которая в свою очередь подконтрольна кипрскому офшору. И что самое любопытное, Гущин, до того как был назначен в марте прошлого года замминистра строительства, инфраструктуры и дорожного хозяйства, являлся генеральным директором «Южуралавтобана». Поверить в то, что это обстоятельство никак не влияет на итоги конкурсов, практически невозможно. Но это ведь не коррупция? Был человек гендиректором компании, принадлежащей ММК, – знает компанию хорошо, верит ей и она выигрывает конкурсы. Однако при ближайшем рассмотрении выясняется, что торги проводятся новым министерством с участием подставных структур, явно не рассчитывающих выйти из них победителем. Например, в конкурсе на выполнение аварийно-восстановительных работ по ликвидации чрезвычайных ситуаций природного характера на автодорогах, помимо «Южуралавтобана», участвовали формально еще две независимые компании.
Одна из них – ООО «Пластовское ДРСУ» является дочкой компании ОАО «Спрэд», в которой Гущин также в свое время был генеральным директором. «Спрэд» – зарегистрирован по тому же адресу, что и "Южуралавтобан". То что эти компании являются аффилированными, в министерстве вряд ли были не в курсе. Ведь, напомним, глава ведомства не просто знал о существовании этих фирм, но в одной из них был гендиректором, а применительно ко второй - возглавлял компанию-учредителя. Третий участник торгов представлял собой индивидуального предпринимателя, то есть, по сути дела, не мог тягаться с крупными фирмами. При анализе структуры собственности «Спрэда» возникает масса вопросов относительно прозрачности дорожного хозяйства Челябинской области. Потому что через посредников эта фирма принадлежит московскому ЗАО «Форб».
«Форб» - это юридическая компания, владеющая целым «букетом» фирм, связанных со строительством дорог в Челябинске. Ей принадлежит сеть компаний, занимающихся дорожным строительством на Южном Урале, и именно они начали получать контракты с образованием нового министерства.
Некоторые фирмы в этой цепочке выглядят довольно пикантно и, возможно, связаны с ММК и ее транспортно-логистическим блоком. Например, ООО «ТК Азия транс» занимается перевозкой угля и сыпучих грузов, получая выручку в 6 млрд руб. Расцвет этой фирмы приходится на момент продажи ММК собственной транспортной компании «Глобал Трансу», именно тогда, похоже, и началась ее «накачка» грузом. А в Челябинской области в это время как раз появился новый губернатор. На каком уровне «Спрэд», «Дарк» и «Форб» контролируются ММК, неясно, но общие интересы отследить нетрудно.
Таким образом, можно констатировать, что благодаря новому министерству, созданному при губернаторе Борисе Дубровском, в Челябинской области сложилась система распределения дорожных контрактов, полностью завязанная на структуры, принадлежащие или аффилированные с ММК. Причем контролирует эту схему выходец из Магнитогорска Алексей Гущин. Ну а роль губернатора, в 2011-2014 гг. бывшего гендиректором ММК, представляется в этой схеме ключевой. Постановка связанных с ММК людей на нужные должности и обеспечение аффилированных с комбинатом компаний госзаказами, возможно, и не являются коррупцией, но выглядят не очень чисто.