Расследования Об издании Контакты
Сегодня:

ПИСЬМА ЧИТАТЕЛЕЙ

Распечатать статью

Беспредел правоохранительных органов в г. Мурманске

----- Original Message -----
From: "Андрей" 26042007@list.ru
To: info@delonomer.ru
Sent: Monday, May 07, 2007 10:40 PM
Subject: Беспредел правоохранительных органов

Здравствуйте, уважаемый главный редактор!

Обращаюсь к Вам с просьбой о помощи и надеждой - только Ваша газета на сегодняшний день способна отреагировать на ситуацию, в которую попала моя семья.
Мой муж, Родин Владимир Михайлович, капитан 1-го ранга запаса, многие годы занимал инженерно-командные должности Северного флота, в том числе - заместителя командира дивизии надводных кораблей по ЭМЧ (электромеханической части). В течение 10-ти лет служил в должности главного энергетика Северного флота. Имеет 15 правительственных наград, звание Заслуженного энергетика Российской Федерации. За 35 лет безупречной военной службы ему объявлена личная благодарность Верховного Главнокомандующего Вооружённых Сил России за образцовое выполнение воинского долга и самоотверженное служение Отечеству.
После увольнения, по достижению предельного возраста пребывания на военной службе Владимир Родин был приглашён на гражданскую службу. С марта 2004 года вступил в должность начальника Кольского филиала ФГУ Управления Госэнергонадзора по Карело-Кольскому региону, а с января 2005 года – начальника отдела надзора в электроэнергетике Ростехнадзора по Мурманской области.
22 сентября 2006 года в помещении Ростехнадзора по Мурманской области В.М. Родин был задержан, а затем арестован. Прокуратурой Мурманской области ему вменялось получение взятки в сумме 18 тысяч рублей, сопряжённое с вымогательством.
С самого начала Родин посчитал это провокацией: вся картина задержания указывала на это, никаких денег он не брал. Естественно, что попытки следствия получить какие-то признательные показания не принесли результатов: признаваться Родину было не в чем.
Тем не менее, в декабре 2006 года прокуратура «слила» информацию в прессу: был созван целый брифинг для журналистов. Как результат – В.М. Родин был публично назван преступником. Ни о какой презумпции невиновности никто не вспомнил.
За пол года нахождения в камере следственного изолятора прокуратура вспоминала о Родине лишь дважды – для проведения очных ставок, одна из которых по его же ходатайству. Все последующие ходатайства о проведении следственных действий отклонялись.
Действия прокуратуры сосредоточились на другом – поиске новых и новых эпизодов «преступной деятельности» Родина. По сути, началась самая настоящая травля его семьи.
Здесь поясню, что в бытность проведения административной реформы, когда платные услуги из Ростехнадзора перешли в коммерческие структуры, на рынке стали появляться фирмы такого направления. Было открыто и ООО «Научно-технический центр (НТЦ) Мурманэнергосервис». Фирма специализировалась на произведении разработок технических обоснований перевода помещений на электрический обогрев, проводила консультации электротехнического персонала по эксплуатации электроустановок, экспертизы проектов и т.д. Оплата происходила безналичным расчётом через Сбербанк России.
Особое внимание прокуратуры именно к фирме «НТЦ Мурманэнергосервис» проявилось в связи с тем, что там работали близкие родственники Владимира Родина: дочь (Иванова Анна Владимировна) и жена (Родина Татьяна Степановна). Хочу заметить: за всё время работы к нашей фирме никаких нареканий не возникало – ни со стороны клиентов, ни со стороны налоговых органов. ООО «НТЦ Мурманэнергосервис» имело хорошую репутацию, его услугами пользовались, в том числе, Судебный департамент РФ по Мурманской области и УВД Мурманской области. Не смотря на это, в родственных связях прокуратура усмотрела связи криминальные. Были возбуждены уголовные дела о мошенничестве. Иванова А.В. находится под подпиской о невыезде. Меня, Родину Т.С., 27 марта с.г. арестовали, и я нахожусь в следственном изоляторе.
Основанием для лишения меня свободы в постановлении суда значится «отказ от сотрудничества со следствием». Я убеждена: вся моя семья страдает именно потому, что мы молчим. Нам просто нечего сказать прокурорам. Но если бы даже было…. Ведь это задача следствия – доказывать вину. Получается, использование гражданином конституционного права «не свидетельствовать против себя самого и близких родственников» становится основанием для ареста?
На сегодняшний день В. Родин находится за решёткой уже 8-мь месяцев. 19 апреля с.г. прокуратура провела обыски на квартирах и в офисе «НТЦ Мурманэнергосервис». Арестованы все счета – и личные и фирмы, арестовано имущество.
Насколько я смогла, сдержала эмоции и изложила лишь основные факты. Однако вероятно вы представляете, что можно испытывать в ситуации когда на твоих глазах правоохранительными органами уничтожается твоя семья. Я очень боюсь за дочь, ведь у неё маленький ребёнок. Не могу не осознавать: в погоне за показателями в борьбе с коррупцией прокуроры не остановятся ни перед чем. И уверена: семья Родиных не одна страдает.

С искренней надеждой на то, что Ваша газета сможет рассказать правду о нашей трагедии.

Татьяна Степановна Родина
г. Мурманск


ВАШИ КОММЕНТАРИИ:

Максим
15.10.2010 14:18
Уважаемая редакция, убедительно прошу сообщить о судьбе Родина В.М. и его семьи, если вы обладаете информацией.
  
Александр Зубов
21.03.2008 12:16
Уважаемая редакция! Обращается к Вам бывший заместитель начальника Нахимовского военно-морского училища по воспитательной работе, а ныне капитан 1 ранга запаса Зубов Александр Яковлевич. В декабре 2005 и в марте 2006 г.г. решениями 224 гарнизонного военного суда Петербурга я был признан опасным для общества и мне вынесли приговор, связанный с лишением свободы по ст. 159, ч. 1,2 и запрещением занимать руководящие должности на государственной службе. Еще в зале суда 29 декабря 2005 г. государственный обвинитель, он же военный прокурор полковник юстиции Савва, заявил, что посмотрит на мое поведение, и от этого будет зависеть мое дальнейшее уголовное преследование. То есть я понял, что если я признаю вину и не буду в дальнейшем апеллировать к решению суда, то на этом уголовные дела закончатся, но, а если я займу другую позицию, то преследования продолжаться. Поскольку заседания проходили без моего защитника и у меня осталось очень много вопросов как к следствию и обвинению, так и по ведению суда, которые были проигнорированы обеими сторонами, с обвинением я не согласился, вину не признал и подал кассационную жалобу в вышестоящую судебную инстанцию, т.е. в военный суд Балтийского флота. После этого сразу же было возбуждено еще одно уголовное дело, в котором раннее решением полковника Саввы было отказано. 18 января газета "Московский комсомолец" опубликовала обширную статью собственного корреспондента "Жил продажный капитан" с моей фотографией изъятой из личного дела офицера, которое находилось в прокуратуре. 2 марта 2006 года состоялось заседание суда по моей кассации посредством телеконференции, так как я находился в следственном изоляторе "Кресты". Суд Балтийского флота оставил без изменения приговор 224 военного суда, причем для принятия решения потребовалось не более 10 секунд (выйти из зала суда и зайти вновь). 6 марта 2006 года я был доставлен на первое заседание суда по второму уголовному делу. Предоставленный мне защитник еще раз пояснил, что если я вновь буду упираться, то уголовные дела будут продолжаться, отсюда срок, режим и так далее. Столкнувшись до этого с произволом беззакония, лицемерием и цинизмом, крайне низкой компетенцией и профессионализмом в органах стоящих на страже закона и оценив реальную угрозу моему физическому здоровью, я признал свою вину. Суд прошел в особом режиме… Итоговый приговор 3 года и 6 месяцев лишения свободы в колонии-поселении и запрещение в течение 2,5 лет занимать должности на государственной службе, хотя инкриминируемые мне преступления никак не были связаны с исполнением моих должностных обязанностей. В период проведения следствия и судебных заседаний вопрос, об каких либо исках не ставился и не обсуждался. Мне были оставлены воинское звание, награды и соответственно все выслуженные льготы. После вступления приговора в силу, я продолжал содержаться в закрытом режиме. Мои неоднократные письменные обращения к начальнику следственного изолятора "Кресты", к его заместителю по воспитательной работе с просьбой этаппировать меня для отбытия наказания, оставались без ответа. На запросы моих родственников и друзей о моем месте нахождении, сообщалось, что меня в "Крестах" нет. Лишь только после обращения моего старшего брата к прокурору Ленинградской области, и после почти шести месячного заключения в закрытом режиме я был препровожден в ИК-8, п/о Борисова Грива – Грибное, Всеволожского района, Ленинградской области. Режим колонии-поселения допускает поощрение осужденных краткосрочным выездом в город на выходные дни. В июле я был отпущен в город и посетил училище, где хранилось всё мое имущество. Мой выход на "свободу" произвел очень большой резонанс. По словам очевидцев, начальник училища контр-адмирал Букин А.Н. тут же начал звонить в прокуратуру и спрашивать, почему Зубов не сидит, а разгуливает по городу. Дежурной службе были даны указания не пускать меня на территорию училища. Мои неоднократные попытки встретиться с Букиным не увенчались успехом, он меня всячески избегал. В период одного из посещений училища ко мне обратился капитан 2 ранга Сазонов (на него ссылалось обвинение), которого я раннее хотел в качестве свидетеля пригласить в суд, но все мои ходатайства были отклонены. В очень эмоциональной форме он сообщил, что это он совместно с контр-адмиралом Букиным и госпожой Урбанской организовали мои уголовные дела и просил никому не мстить. Также выяснилось, что решением начальника училища я был выписан из домовой книги и фактически лишен регистрации (прописки), исключен из очереди на получение квартиры и мое личное дело вместо отправки в военкомат отослано в Центральный военно-морской архив, чем я лишился права на оформление и получение пенсии. Военной прокуратурой Ленинградской ВМБ (полковником юстиции Саввой) были начаты следственные действия по третьему уголовному делу (четвертому эпизоду) с вызовом из разных регионов страны предполагаемых свидетелей. В отношении меня был возбужден иск по второму уголовному делу. Кроме этого допускаю, что соответствующие ходатайства на мой счет поступили в руководство ИК-8 и в Всеволожский городской суд с целью воспрепятствовать моему возможному по закону условно-досрочному освобождению Я был резко ограничен в выездах в город. В конце концов, мне удалось встретиться с контр-адмиралом Букиным А.Н. и неожиданно для меня, в доброжелательной беседе он мне сказал, что лишение меня регистрации и другие действия были совершены им по указанию прокуратуры и мое право подать в суд. В ноябре 2006 года я повторно письменно и через интернет-приемную обратился к Верховному Главнокомандующему. Ответ я не получил, но то, что, мне под различными предлогами было отказано в условно-досрочном освобождении, говорит само за себя. Не были приняты в учет и ходатайства о моем освобождении со стороны Председателя Законодательного собрания Республики Карелия Николая Ивановича Левина, Председателя Мурманской региональной общественной организации ветеранов подводного флота вице-адмирала Юрия Ивановича Бояркина и руководства производства, на котором я работаю, находясь в заключении. Очевидно, судьба этого обращения полностью повторилась как в случае с первым письмом от 5 сентября 2005 года. Что касается моих уголовных дел, то я готов по каждому эпизоду изложить свои доводы, которые, на мой взгляд, достаточны и весомы для возбуждения ходатайства об их пересмотре. Характерен и тот факт, что для порочащей меня публикации было избрано издание с главной редакцией в Москве. Несомненно, что руководители родных питерских изданий СМИ отвергли предложения принять участие в этих грязных игрищах. Комментировать газетный опус я также намерен в судебном порядке. За свою 29-летнюю календарную службу я ни разу не был обеспечен жильём от Министерства обороны, ничего не нажил и не скопил. Прожив в Петербурге и прослужив в Нахимовском училище более трех лет, я так же не был обеспечен жильем. Мои скитания по углам закончились проживанием в служебном кабинете. Бытовая неустроенность, в конечном счете, стала причиной моего расставания с супругой, которая осталась на Севере. Мои личные вещи, которые оставались в кабинете, были перемещены на сцену клуба училища и потихоньку растаскивались. Там не было ничего особо ценного в основном книги и одежда, но это все, что у меня есть. Хотя как можно оценить пропажу знака – Участник Парада на Красной Площади в честь 60-летия Победы, которым были удостоены только те военнослужащие, которые непосредственно маршировали по Красной площади. Мой папа, участник боев на Курской дуге, форсирования Днепра не дожил двух недель до этого праздника (мама скоропостижно скончалась за четыре месяца до смерти папы), но знал, что его младший сын пройдет по самому священному месту нашей Родины в самый святой праздник. И я прошёл с кортиком и в снаряжении своего отца, держа на сердце его погон и фотографию родителей. Их прах мы с братом перевезли из Киева и покоили на Серафимовском кладбище в Петербурге. И вот сейчас я мошенник, общественно опасный элемент. Абсурдно и горько… 29 ноября прошлого года решением Всеволожского городского суда я был условно-досрочно освобожден от отбывания наказания. По прибытию к месту своего постоянного проживания и регистрации, т.е. в Нахимовское училище, его новый начальник контр-адмирал Юрченко А.Я. подтвердил, что я лишен регистрации, исключен из списков очередников для получения жилья, вдобавок ко всему мое личное дело было отправлено в архив и у меня возникли сложности с оформлением и получением пенсии. Иными словами в настоящий момент я фактически выброшен на улицу и лишен средств к существованию. 14 ноября 2007 года у меня родился мой первый ребенок – сын, который носит мою фамилию и соответственно отчество. К сожалению, он так же, как и его отец, лишен регистрации, так как мама ребенка, хоть и работает постоянно в Петербурге, но имеет временную регистрацию (постоянная в г. Кировске, Мурманской области). Если бы меня не лишили регистрации, то я на полном основании оформил бы ему регистрацию по адресу, где был прописан постоянно, а именно Петроградская наб. 2/4 (Нахимовское училище) и не имел бы сейчас проблем с его медицинским обеспечением. В ноябре и в декабре 2007 г. с аналогичными письмами через интернет-приемную я обращался к Председателю Совета Федерации Федерального собрания РФ и к Министру обороны РФ. К сожалению, ответ от Министра обороны я до сих пор не получил. Если вас заинтересовала моя судьба, то готов более подробно изложить всю эту историю. Честь имею! капитан 1 ранга ЗУБОВ А.Я. 21 марта 2008 г.
  
Александр Зубов
11.07.2007 12:28
Как это похоже с моей ситуацией, только прокуратура и суд были Ленинградской военно-морской базы. Очевидно и я обращусь к Вам. Бывший заместитель начальника Нахимовского военно-морского училища по воспитательной работе, а ныне осужденный, капитан 1 ранга Зубов А.Я.
  

ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ:


Ваше имя:
Ваш e-mail:
Ваш комментарий:
Введите содержимое изображения:


Распечатать статью





Rambler's Top100 Яндекс цитирования